Отсрочка санкций США открыла «второе дыхание» у рубля и рынка российского госдолга.

На торгах в среду рубль подорожал рекордно за 2 месяца, а цены долгосрочных долговых бумаг правительства РФ подскочили максимально за 2 года после того, как американские сенаторы сообщили, что не успевают до конца года рассмотреть законопроекты о санкциях, внесенные в конгресс в количестве шести штук.

Курс доллара, утром обновивший 2-месячный максимум на отметке 68,28 рубля, в ходе сессии падал на 1,28 рубля, а к 21.32 мск закрепился на отметке 67,3 рубля. Евро подешевел на 92 копейки, до 75,9575 рубля.

Предложение валюты выросло вдвое: к концу основной сессии на продажу с расчетом «завтра» было выставлено 230 млн долларов, хотя накануне объем зарегистрированных заявок не превышал 130 млн долларов ни в один момент торгов.

Аукционы российского госдолга прошли «феерично», говорит директор аналитического департамента «Локо-Инвест» Кирилл Тремасов: Минфин впервые за 4 недели полностью продал ОФЗ, хотя и в минимальном объеме — 10 млрд рублей.

Еще большей феерией закончились торги ОФЗ на МосБирже: цены выпусков со сроком от 10 лет, где доля нерезидентов достигает 50%, подскочили на 2-2,15%, чего рынок не видел с марта 2016 года.

Впрочем, явных признаков того, что на рынок с покупкой пришли нерезиденты, на самом деле нет, сказал Reuters дилер крупного российского банка: объем торгов остался мизерным (не более 1 млрд рублей в каждом из дальних выпусков), свидетельствуя об отсутствии крупных сделок.

С начала года нерезиденты вывели из ОФЗ 6,7 млрд долларов. Отсрочка санкций может приостановить этот процесс, но вряд ли развернет его вспять, говорит аналитик Credit Suisse Алексей Погорелов.

«Обсуждение санкций не завершено, вот что важно, — подчеркивает он. — Мы увидим ралли облегчения, но, вероятно, не больше».

«Санкционные риски могут стать более явными, когда начнется новая сессия Конгресса, и демократы получат контроль над комитетами Палаты представителей», говорит экономист Nomura Holdings Инан Демир.

Наконец, никуда не делись санкции за химическое оружие — их вводит не конгресс, а администрация, которая обещала сделать это до конца года, напоминает Демир.